-- Когда ей это удавалось, то она чувствовала себя совершенно довольной,-- сказала въ заключеніе няня.
Дѣти, поблагодаривъ няню, такъ какъ стѣнные часы уже показывали 9, отправились въ дѣтскую, чтобы ложиться спать. Долго думали они о царевнѣ Милавнѣ, думали до тѣхъ поръ, пока, наконецъ, заснули тѣмъ хорошимъ, крѣпкимъ, безмятежнымъ сномъ, какими обыкновенно спятъ маленькія дѣти. На утро, сидя за завтракомъ, Степа, старшій изъ нихъ, снова возобновилъ рѣчь о царевнѣ Милавнѣ.
-- Знаешь, Липочка,-- обратился онъ къ одной изъ сестеръ,-- я вчера долго думалъ о царевнѣ Милавнѣ.
-- Я тоже,-- отозвалась Липочка.
-- И я, и я!-- добавила младшая дѣвочка Варюша.
-- Что же вы объ ней думали?-- вмѣшалась вошедшая въ эту минуту въ столовую мама.
Дѣти, каждый по очереди, передавали матери свои впечатлѣнія относительно слышаннаго недавно разсказа и въ концѣ-концовъ прибавили, что имъ очень бы хотѣлось тоже когда-нибудь попробовать найти случай сдѣлать доброе дѣло, для того, чтобы испытать то же самое чувство счастія, довольства, которыя испытала царевна Милавна.
-- Да, друзья мои, это очень хорошее, доброе чувство, и я искренно желаю, чтобы каждому изъ васъ хотя разъ въ жизни пришлось пережить его.
Слова мамы еще больше задѣли дѣтей за живое.
-- Что бы такое придумать, что бы такое!-- твердили они цѣлый день, но такъ и не могли ни на чемъ остановиться вплоть до вечера.