Трезор обвел своими умными глазами сначала всю публику, затем остановил взор на хозяине, как бы желая проговорить "не знаю!"
— Постарайтесь объясниться знаками — ведь это вы можете? — продолжал последний. Трезор ответил утвердительным кивком головы, после чего господин Фриш снова поднес ему к морде часы.
Умное животное долго всматривалось в циферблат, словно что-то соображая, затем, высоко приподняв одну из передних лап, мерно, отчетливо стукнуло по земле девять раз.
Г. Фриш указал публике на стоявшие на мраморной подставке большие часы, стрелки которых действительно показывали девять.
— Молодец Трезор! — раздалось среди публики.
— Кланяйтесь и благодарите! — шепнул г. Фриш на ухо умной собаке, настолько, однако, громко, чтобы присутствующие могли слышать.
Трезор сделал несколько шагов назад, продолжая смотреть на публику, и, забавно присев на задние лапы, настолько низко, чтобы передними тоже упираться в землю, изобразил нечто вроде реверанса; что касается господина Фриш, он тоже почтительно раскланялся на все стороны.
Миша, выглядывая из-за угла, стоял совершенно пораженный, недоумевая, каким образом господин Фриш мог научить всему им виденному Трезора; но этим представление еще не кончилось. Трезор по приказанию хозяина выделывал перед публикой много других штук: прыгал через стулья; ловко подкидывал кверху мячик, который сам же, с еще большей ловкостью ловил в открытую пасть; ходил взад и вперед на передних лапах, вниз головою, отвечал на заданные ему вопросы (конечно, совершенно своеобразным способом), так, например, на вопрос господина Фриш, как поступал бы он если-бы на него напали разбойники, начинал ворчать, лаять и бросаться во все стороны, словно желая растерзать кого-то.
— Довольно! — остановил его, наконец, хозяин.
Он моментально затих.