— Я тоже могу теперь назваться богатою и пойти в долю с "Красавчиком" и "Орликом", чтобы устроить общее угощение, — пошутила Гаша; — тем более, — добавила она после минутного молчания, — что у меня тоже ведь радостная новость…
— Какая? — перебил Миша.
— Да, у нас новость… очень приятная, — добавила Мария Ивановна.
— Да какая же? Какая? — нетерпеливо спросил Миша; — почему вы мне до сих пор ничего о ней не говорили?
— Потому что сами не знали; это решилось только вечером, после того, как мы тебя проводили в цирк.
— Вот какая новость, слушай, — начала Гаша, подойдя к своему "братцу" и положив ему на плечо обе руки, — хозяин того магазина, где работает твоя мама…
— Не твоя, а наша, — поправила Мария Ивановна; — разве ты позабыла, что ты считаешься моей дочерью и сестрой Миши?
Гаша, со слезами на глазах, припала к руке Марии Ивановны и с чувством благодарности несколько раз, горячо поцеловала ее.
— Нашей… Нашей милой, дорогой мамочки, — продолжала она, дрожащим от волнения голосом; — ну вот, значит, хозяин магазина, где работает наша мама, прогнал того злого приказчика, который к ней так несправедливо относился…
— Знаю, — в свою очередь перебил Миша, — но какое отношение это может иметь к неожиданно выпавшему на твою долю счастью?