-- Теперь моя очередь,-- радостно вскричалъ царь, протягивая руку, чтобы тоже получить лѣкарство.
-- Очередь-то твоя,-- отвѣчалъ-Мошка:-- только лѣкарство-то отъ меня ты не получишь.
-- Почему?
-- Потому, что не разузнавъ, дѣйствительно ли я виноватъ передъ тобою, велѣлъ засадить въ темницу и казнить смертною казнью.
-- Помилуй, когда же это могло быть, если я тебя совершенно не знаю и сегодня вижу въ первый разъ.
Мошка вмѣсто отвѣта сбросилъ мантію и бороду. Царь такъ и ахнулъ.
-- Такъ это ты, негодный мальчишка! Но съ тобою мы живо расправимся. Эй!-- закричалъ онъ, обратившись къ прислугѣ:-- схватите его...
Но Мошка этимъ временемъ успѣлъ всунуть ноги въ туфли, захватилъ дубинку и, запѣвъ свою любимую пѣсенку: "Тимошенька, Мошенька", какъ вихрь промчался мимо разгнѣваннаго царя, и навсегда скрылся изъ виду.