-- "По заячьему велѣнію, по моему хотѣнію, дверь дубовая отворись, запоръ желѣзный свались".
И вдругъ запоръ желѣзный съ грохотомъ упалъ на землю, дверь широко распахнулась и Ваня-дураня, самъ не помня себя отъ испуга и волненія, вошелъ въ огромную-преогромную комнату, гдѣ, кромѣ высокаго, окованнаго желѣзомъ сундука, ничего не было; на сундукѣ сидѣлъ старикъ съ такою длинною сѣдою бородою, что она два раза опутывалась около его шеи.
-- Здравствуй, дураня,-- ласково обратился онъ къ мальчику.
Ваня совсѣмъ растерялся.
-- Что же молчишь? Скажи, зачѣмъ изволилъ пожаловать.
-- Я пришелъ попытать счастья насчетъ клада,-- почти шепотомъ отозвался дурачекъ.
-- Вотъ оно что, денегъ видно захотѣлось. Правда?
-- Правда-то правда, но только не для себя мнѣ деньги надобны.
-- А для кого же?
-- Для родителя-батюшки.