Маша въ первую минуту очень испугалась, но потомъ стала пристально всматриваться.
Коляска, между тѣмъ, подвигалась все ближе и ближе; дѣвочка догадалась, что звонъ происходилъ потому, что на шейкѣ каждаго мышенка привѣшаны колокольчики; это ее очень забавляло; она невольно залюбовалась крошечными звѣрьками и окончательно пришла въ удивленіе, когда увидѣла, что изъ коляски вышли двѣ точно такія же крошечныя фигурки -- одна мужская, другая женская.
Первая, изъ жирнаго, налитого колоска, какимъ казалась издали, превратилась въ каплюшку-рыцаря, въ шлемѣ, латахъ и полномъ костюмѣ соломеннаго цвѣта.
Барыня оказалась красивой женщиной, одѣтой въ темно-синее платье, сдѣланное не изъ матеріи, а изъ цвѣточныхъ лепестковъ.
-- Какимъ образомъ смѣла ты забрести въ мое владѣніе?-- вскрикнулъ каплюшка-рыцарь, обратившись къ Машѣ:-- не знаешь, что-ли, что здѣсь все безъ исключенія принадлежитъ мнѣ, и только одному мнѣ.
Маша струсила и молча опустила глаза.
-- Перестаньте, царевичъ, не гнѣвайтесь,-- раздался вдругъ голосъ царевны, стоявшей рядомъ съ маленькимъ царевичемъ.-- Смотрите, вы совсѣмъ испугали бѣдную дѣвочку, она дрожитъ словно въ лихорадкѣ. Не бойся, милая,-- продолжала крошечная царевна нѣжнымъ, ласковымъ голосомъ:-- тебѣ не сдѣлаютъ вреда; рыцаря этого зовутъ царевичъ-колосокъ, онъ мой женихъ, любитъ меня больше всего на свѣтѣ и я упрошу его быть, снисходительнѣе.
Маша съ благодарностью взглянула на крошечную царевну, которая дѣйствительно, указывая на нее глазами рыцарю, принялась его упрашивать о помилованіи.
-- Хорошо, милая царевна,-- отвѣчалъ онъ уже почти совершенно спокойно: -- я не стану больше бранить дѣвочку, но она за это должна сознаться чистосердечно, какимъ образомъ и зачѣмъ забрела сюда?
Маша исполнила его желаніе, разсказавъ подробно свою горькую жизнь и все, что накопилось у нея на сердцѣ.