-- Конечно, молитвою.
-- Этого мало, мамочка, надо сдѣлать какой-нибудь хорошій подарокъ.
Мама улыбнулась.
-- Господь Богъ не требуетъ отъ насъ никакихъ подарковъ,-- продолжала мама, сажая Соню на колѣни:-- Ему нужны наши чистая совѣсть и добрыя дѣла. Старайся всегда въ продолженіе дня вести себя такъ, чтобы вечеромъ встать на молитву съ совершенно покойнымъ сердцемъ и полнымъ сознаніемъ, что ты никому не сдѣлала ничего дурнаго. Затѣмъ, если возможно, ищи средства помочь бѣдному, накормить голоднаго, успокоить страждущаго,-- этимъ ты угодишь Богу, который въ продолженіе всей твоей жизни не оставитъ тебя своимъ милосердіемъ.
Соня внимательно слушала маму, стараясь запомнить и уловить каждое ея слово, и вечеромъ, улегшись въ кроватку, долго не могла заснуть, стараясь придумать какъ бы и чѣмъ особенно угодить Богу за то, что Онъ сохранилъ Вѣрочку. Вѣрочка между тѣмъ съ каждымъ днемъ чувствовала себя все лучше и лучше. Къ концу слѣдующей недѣли она уже могла сидѣть въ креслѣ, а затѣмъ гулять по саду и даже немного бѣгать. Жизнь маленькихъ дѣвочекъ снова потекла обычнымъ порядкомъ и, казалось, ни въ чемъ не измѣнилась: онѣ по-прежнему были счастливы, довольны, покойны. Только Соня по временамъ глубоко задумывалась надъ тѣмъ, что она еще никакъ не могла найти случай сдѣлать какое-нибудь доброе дѣло, чтобы угодить Господу. Но вскорѣ этотъ случай однако представился.
Дѣло было въ Воскресенье. Соня и Вѣрочка, въ сопровожденіи няни, отправились гулять. Мама дала имъ рубль на гостинцы.
-- Какъ ты думаешь, Вѣрочка, чего бы намъ купить на этотъ рубль?-- спросила Соня, развертывая передъ сестрою новенькую рублевую бумажку.
-- Пастилы, мармеладу и орѣховъ.
-- Да, да, я люблю очень орѣхи, въ особенности грецкіе; вотъ какъ разъ и лавка, гдѣ они продаются!-- добавила дѣвочка, указывая рукою на большой фруктовый магазинъ.
Съ этими словами онѣ свернули съ тротуара, чтобы подняться на ступеньки, и вдругъ замѣтили въ нѣсколькихъ шагахъ отъ себя маленькаго, очень бѣдно одѣтаго мальчика, который шелъ куда-то торопливо и отъ времени до времени утиралъ рукавомъ своего ободраннаго кафтана полные слезъ голубые глазки.