-- Я забылъ сказать: елку надо смотрѣть на площади; тетя увидѣла изъ окна, что вы повернули въ другую сторону, раскричалась на меня, и въ наказаніе приказала идти вмѣстѣ съ вами.
-- Что же, пойдемте
-- А ты, дѣвочка, куда направляешься?-- обратился онъ вдругъ къ Настѣ, замѣтивъ, что она все время слѣдуетъ за ними.
-- Простите. -- отвѣчала Настя, растерявшись,-- я не буду... не пойду... я только такъ... мнѣ просто хотѣлось посмотрѣть на елки.
-- Не бойся, дурочка, ты намъ не мѣшаешь, или себѣ; я самъ спроситъ только такъ, думалъ, можетъ быть, тебѣ что отъ меня надобно.
Ласковый тонъ Ивана ободрилъ Настю; она успокоилась.
-- Значитъ, можно идти за вами?
-- Сдѣлай одолженіе...
Настя снова пошла за ливрейнымъ лакеемъ, и вдругъ, случайно взглянувъ на личико мальчика, замѣтила, что оно выражаетъ столько глубокаго безграничнаго горя, что ей стало искренне жаль его.
-- Баринъ, никакъ вы плачете?-- спросила она. и затѣмъ, испугавшись своей смѣлости, отступила назадъ.