-- Конечно, въ особенности если мальчуганъ еще вздумаетъ ихъ мучить, какъ иногда дѣлаютъ дурныя дѣти.
-- Бабуся, пойдемъ спросимъ, на что ему птички.
-- Пойдемъ!-- отозвалась бабуся и повернула въ сторону маленькаго птицелова.
-- Эй, мальчикъ!-- окликнулъ его Витя,-- что ты дѣлаешь?
Мальчикъ сдѣлалъ ему знакъ рукою замолчать, стараясь объяснить пантомимою, что онъ можетъ испугать птичку; но Витя, не обращая вниманія, подбѣжалъ еще ближе.
-- Баринъ, что вы дѣлаете!-- вскричалъ тогда мальчикъ, едва сдерживая слезы,-- вы спугнули птичку, которую я навѣрно бы поймалъ, потому что она была отъ меня всего на нѣсколько шаговъ.
-- Для чего тебѣ эта птичка, вѣрно хочешь поймать, чтобы мучить, и подрѣзать крылышки?
-- Вовсе нѣтъ; я хочу снести ее моей больной сестренкѣ Лизѣ, она давно проситъ птичку; крестный отецъ ея, нашъ деревенскій столяръ, смастерилъ даже клѣточку, да бѣда въ томъ, что посадить въ нее нечего.
Витя обратился къ бабушкѣ и началъ говорить что-то по-Французски. Бабушка утвердительно кивнула головой.
-- Вотъ что,-- продолжалъ онъ тогда, снова взглянувъ на маленькаго птицелова,-- не лови птичекъ, здѣсь онѣ привыкли летать на свободѣ, и для нихъ покажется очень скучнымъ сидѣть взаперти; пойдемъ съ нами домой, я подарю тебѣ прекрасную желтенькую канарейку.