-- Нѣтъ, мамочка, это не корзина,-- снова заговорила Тоня,-- это... это...
-- Живая находка!-- послышался голосъ Коли, подошедшаго съ балкону.-- Аня, Тоня, спуститесь скорѣе, помогите, у меня руки затекаютъ, я едва держу мою находку!
Дѣвочки поспѣшно спустились по лѣстницѣ и побѣжали навстрѣчу Колѣ, Который, видимо утомленный продолжительной ходьбою, съ раскраснѣвшимися щечками, шелъ медленно, держа на рукахъ маленьную, пеструю собаченку.
-- Ахъ, какая хорошенькая! Гдѣ ты нашелъ ее?-- спросила Анюта протягивая руки, чтобы взять отъ брата собачку.
-- Осторожнѣе, Анюта,-- замѣтилъ Коля,-- она, бѣдная, вся въ крови, избита, едва двигается.
-- Но гдѣ же ты взялъ ее?
-- Въ лѣсу; бѣдняга лежала прижавшись съ дереву и такъ жалобно вскрикивала, глядя на меня, когда я случайно проходилъ мимо, что я не въ силахъ былъ оставить ее тамъ, поднялъ съ мѣста и принесъ домой. Мы постараемся вылечить ее и если удастся оставимъ у себя. Вѣдь ты позволишь, мамочка?-- добавилъ онъ, обратившись съ матери, которая въ эту минуту тоже подошла съ нимъ.
-- Конечно, конечно; неси Анюта собачку въ садъ, мы сейчасъ уложимъ ее на свѣжую траву и займемся осмотромъ раны.
Аня исполнила приказаніе матери, съ помощью которой начала промывать больное мѣсто собачки холодною водою. Собачка не сопротивлялась, изрѣдка она взвизгивала, вѣроятно тогда, когда ей становилось больно, но затѣмъ, точно признавая себя виноватою передъ своими благодѣтелями, смотрѣла на нихъ такимъ умоляющимъ взоромъ, что дѣти едва сдерживали слезы.
Въ особенности принимала въ ней горячее участіе маленькая Тоня. Она не отходила отъ больной собачки ни на минуту, носила ей косточки отъ жаркого, дѣлилась пирожнымъ и прозвала Дружкомъ.