Его пугали, какъ видѣнья,
Едва доступнаго значенья,
Изъ свѣтлой бездны бытія.
Въ умѣ, смущенномъ до затмѣнья,
Несчастный думалъ: "гдѣ отвѣтъ?
Зачѣмъ онъ свѣтитъ -- этотъ свѣтъ?..
Теперь ты въ гробѣ стынешь, стынешь!
Ужели мнѣ, хоть я живой,
Завѣсу тайны роковой
Ты на мгновенье не раздвинешь?.."