Докладывать генералу не пришлось. Увидев летчиков, он заговорил первым:
— А, пришли! Так вот, майор Курманов, за опасное сближение с самолетом накажите старшего лейтенанта Лекомцева своей властью. Мало будет — используйте власть командира полка, но накажите по всей строгости.
— Понял, да?! — вставил Дорохов.
Лекомцев был ниже всех ростом. Но он так вытянулся перед генералом, будто подрос.
— Товарищ генерал, это была воздушная цель. Она уходила, — сказал он, сдерживая волнение.
— Вас наказывают за то, что, выполняя задание, вы пренебрегли мерами безопасности, — пояснил генерал.
Еще не остывший от полета Лекомцев кинул на Курманова, казалось, безмолвный взгляд. Но для Курманова он не был безмолвным. Точь-в-точь с таким же взглядом он уже встречался. Тогда летчики эскадрильи говорили о приеме боя из арсенала храбрейших русских летчиков. Сам же Курманов тогда сказал: «Уверен, каждый из нас готов применить таран. Перед тараном не устоит никто. И пусть это знают враги наши».
Вот это и напомнил ему взгляд Лекомцева.
Курманов сказал генералу Караваеву:
— Товарищ генерал, накажите и меня.