На этот раз капудан-паша недосчитался двух линейных 64-пушечных кораблей, в том числе флагманского. 18 июня сражение возобновилось и продолжалось с прежним упорством с двух сторон. Но турки, потеряв несколько судов, отступили.
В двухдневном сражении было уничтожено пять турецких кораблей. Кроме того, были взяты в плен один 54-пушечный корабль, пять больших фрегатов и семь других военных судов. До тридцати судов было повреждено, они с трудом укрылись под Очаковом. Потонуло и погибло в пламени зажжённых судов свыше 6 тыс. человек турецкой команды. В плен было взято 1 673 человек.
Русским достались такие трофеи, как флаг и вымпел с флагманского корабля капудан-паши.
Русские потери были невелики: убито 2 офицера, 16 матросов и солдат. Ранено 67, из них 10 офицеров[100].
В память этого сражения была выбита медаль.
Пол впечатлением крупных потерь капудан-паша с флотом ушёл в море, оставив под крепостью гребные суда. «Капудан-паша прогнан со стыдом и укрывается в Варну», — сообщил Потёмкин Екатерине II[101].
Однако беспокойство за оставшиеся суда под Очаковом заставило Эски-Гасана вернуться назад. 20 июня турецкая эскадра попыталась войти в лиман, чтобы выручить свои гребные суда, заблокированные под крепостью русским Лиманским флотом.
Но суворовские батареи с Кинбурнской косы не позволили капудан-паше войти в лиман. Турецкой эскадре оставалось лишь крейсировать на виду Очакова.
В день жаркого сражения в лимане 18 июня контр-адмирал Войнович решился, наконец, выйти из Севастополя в море. В составе эскадры было два линейных корабля, одиннадцать фрегатов, пять других военных судов и семнадцать корсарских судов.
Передовой отряд вёл Ф. Ф. Ушаков. В него вошли корабль «Св. Павел» под флагом Ушакова, 50-пушечный фрегат «Борислав», 40-пушечные «Стрела» и «Кинбурн».