Заметив приближение русской эскадры, турки приготовились к обороне города и крепости. Неприятельские суда спешно подтянулись под самые стены крепости.
Ф. Ф. Ушаков смело ввёл эскадру в бухту и стал на якорь.
Промеры показали, что в бухте имеются длинные опасные отмели. Ночью корабли подтянулись ещё ближе к берегу и по примеру флагмана начали «бить неприятеля ядрами, бомбами и брандскугелямн»[155]. С русских кораблей было хорошо видно, как рвались на берегу бомбы, от брандскугелей вспыхивали пожары, которые, однако, противнику удавалось тушить.
С крепостных и многочисленных береговых батареи турки отвечали «жестокою пальбою». Но их бомбы и каркасы[156] не долетали до цели и «на воздухе лопались» безрезультатно. Ядра же, наоборот, перелетали через русские суда и тоже не причиняли никакого вреда.
Бомбардирский корабль (в центре).
В полночь Ушаков, оберегая корабли от повреждении, прекратил стрельбу и оттянул суда на дистанцию вне выстрелов.
На следующее утро турки возобновили обстрел русской эскадры. Но ни одно ядро не долетало до линии кораблей, несмотря на то, что за ночь противник поставил ещё несколько батарей, разместив их очень выгодно.
Отсутствие в эскадре брандеров[157] и бомбардирских кораблей не давало возможности уничтожить укрывшиеся под берегом суда противника. Повторять атаку Ушаков не стал, так как основная задача потревожить противника «наведением страха» была выполнена успешно. В городе Анапе и её окрестностях замечено было чрезвычайное смятение и тревога.
Теперь нужно было поспешить к основным силам флота.