На другой день мы съ Маргаритой занялись приготовленіемъ чая въ дѣтской, въ ожиданіи нашего гостя.
Мы разставили чайную посуду и тарелочки для пирожнаго и украсили столъ букетами цвѣтовъ. Затѣмъ мы съ нетерпѣніемъ стали поджидать Пирса.
Пирсъ пришелъ, когда солнце уже начало спускаться къ закату. Мы замѣтили, что онъ пріодѣлся, стараясь придать себѣ болѣе приличный видъ для предстоящаго визита.
Онъ замѣтилъ, что мы со вниманіемъ оглядываемъ его костюмъ и, разсмѣявшись, сказалъ.
-- Вы видите, какъ я прифрантился? А сколько мнѣ было съ этимъ хлопотъ! Надо было починить куртку во чтобы то ни стало. Вѣдь не могъ же я явиться въ такомъ ужасномъ видѣ въ гости, да еще къ молодымъ барышнямъ, и пить съ ними чай. Но задача прежде всего состояла въ томъ, гдѣ бы раздобыть иглу и нитки. Мистриссъ Беркъ, вѣдь, не беретъ иголки въ руки. Ну и пришлось изобрѣсти способъ починки.! Я нашелъ рогожную иглу, выдернулъ нѣсколько нитокъ изъ ковра и починилъ локти на своей курткѣ. Голь на выдумки хитра!
-- Каковъ молодецъ!-- воскликнули мы.-- Но ты напрасно такъ безпокоился. Гонора починила бы тебѣ куртку.
-- Ну, а теперь поглядите на мои сапоги. Подошвы прорванной не видно, не правда ли? Я заклеилъ ее картономъ и намазалъ ваксой сапоги. Такъ какъ погода мнѣ благопріятствовала и дождя не было, то подошва моя уцѣлѣла, какъ видите. Каково!
-- Ты теперь настоящій лондонскій франтъ,-- объявила Маргарита и Гонора подтвердила это, входя въ комнату съ большимъ подносомъ, уставленнымъ всякими вкусными яствами.
Мы принялись угощать Пирса, который совсѣмъ пересталъ насъ стѣсняться и весело болталъ, уплетая пирожки и жэле.
-- Да, насъ въ Гленнамуркѣ не кормятъ такими кушаньями,-- сказалъ онъ.-- Мы къ такой роскоши не привыкли!-- Онъ вдругъ нахмурился, какъ будто что то вспомнилъ, и я тотчасъ же догадалась, что онъ подумалъ о голодающихъ жителяхъ Гленмалорка. Но мы употребляли всѣ усилія, чтобы развеселить его.