У одной королевы был остров Утех. Когда она хотела повеселиться, от дворца, что стоял на самом берегу, летела по морю золочёная ладья, и шёлковые паруса трепетали на ветру. Королеву сопровождалипридворные, на палубе играли скрипачи и трубачи. Так – среди цветов и музыки – приплывали они на остров Утех, где королева проводила много дней, пируя и танцуя под сенью дерев.
На остров в избытке привозили всё, чтоб становился он с каждым годом богаче и краше.
А чуть дальше в открытом море высился бедный рыбацкий островок. Ничегошеньки там не было – ни в избытке, ни в достатке, – и жилось на нём людям тяжко. Остров их был гол и пустынен, лишь скалы да топь – ни травинки, ни деревца, ни кустика, ни цветка. Впрочем, нет, рос там один маленький розовый куст, хозяйкой которого была крошка Лоис. Лачуга её отца ютилась возле церквушки, а церквушка стояла как раз посреди скалистого острова. Отец Лоис набрал немного землицы – по горсточке – и в день свадьбы посадил для жены под окнами розовый куст. Молодая жена бережно ухаживала за розами, и те росли вопреки ветрам и непогоде. А после смерти матери розы стали заботой Лоис – они росли с нею вместе и были для девочки вроде родни. Куст рос невелик и не ветвист, бутонов на нём распускалось мало, да и те ёжились под солёным морским ветром. Однако жители острова гордились своим единственным цветком. Заботилась о нём Лоис, но принадлежал он как бы всем. То был цветок Бедного острова.
Страшные утёсы громоздились вокруг острова и вольно гуляли по нему штормовые ветра. Иногда много дней кряду рыбацкие судёнышки не осмеливались выйти в море и никто не смел приблизиться к берегам острова. Местные жители прокормить себя не могли: они были слишком бедны, чтобы закупать еду впрок, а на голых скалах ничего не росло. И потому в непогоду, когда баркасы лежали на прибрежном песке кверху днищем, на Бедном острове свирепствовал голод. А в погожие дни рыбаки спешили закинуть сети и всегда возвращались с хорошим уловом. Женщины солили и вялили рыбу, а остатки везли на рынок, на большую землю, и там на вырученные за рыбу гроши покупали муки, соли и крепких ниток, чтобы чинить сети. Лодок на всех не хватало, владели ими сообща, и потому рыбаки уходили на промысел с рассветом, а возвращались за полночь. Некогда им было возить жён взад-вперёд по морю – приходилось женщинам ждать отлива.
Отлив в тех краях был необычный: раз в месяц, в полнолуние, море отступало и обнажалось дно между островом и большой землёй. Отлив длился долго, женщины успевали дойти с тяжёлыми плетёными корзинами до другого берега, продать рыбу перекупщикам и приобрести всё необходимое для своих семей. А после по дну – где каменистому, где песчаному – они возвращались на Бедный остров, а следом возвращалось и море. Покупки поэтому делались наспех – а то ещё застанет в пути прилив, накатит и смоет навеки.
Однажды вечером, во время отлива, королева взглянула с острова Утех на обнажившееся морское дно и увидела женщин, торопливо семенивших к своему острову. Прежде королева их не замечала и не задумывалась об их участи. Но в тот вечер её пронзила острая жалость. Вокруг простирались пески, мелкие солёные лужицы поблёскивали на красном закатном солнце, а средь этого уныния сиял её собственный остров – с дворцом, садами, фонтанами и беседками, – сиял, точно драгоценный камень, а сама она – в шелках и серебре – была похожа на королеву какой-то сказочной страны. Вдали же, взвалив на спины корзины, босоногие рыбачки в линялых платьях тянулись средь унылой пустыни к Бедному острову, а он лежал на горизонте, как камень, но уже не драгоценный – обычный, траченный морем голыш. «И всё-таки, – подумалось королеве, – на этом острове наверняка есть своя драгоценность. Хотя жизнь там, должно быть, тяжка и безрадостна». Она вдруг прижала руку к сердцу и вздохнула. Ибо и у королев есть свои печали, порой не меньшие, чем у бедного люда.
Королева смотрела вдаль и пыталась вообразить ту, иную жизнь. А крошка Лоис стояла в эту минуту на берегу Бедного острова и тоже пыталась вообразить иную жизнь. В туманной дымке сиял перед ней остров Утех – точно самоцвет. Посверкивали вдали шпили, яркие купола и дворцовые башни, лёгкий ветерок доносил до неё слабые звуки музыки и даже запах цветов. «Как чудесна, как удивительна должна быть жизнь на острове Утех!» – думала Лоис. И склонилась вдруг понюхать свою розу. Она решила, что и у королевы наверняка нет цветка красивее.
Королева же вызвала камергера и сказала:
– Я хочу посетить Бедный остров.
Камергер перечить не стал.