- Сара, - спросила Эрменгарда робко и чуть ли не с ужасом в голосе, - ты… ты мне никогда не говорила… я не хочу быть назойливой, но… ты иногда бываешь голодна?
Это была последняя капля. Больше Сара не могла притворяться. Она отняла руки от лица.
- Да, - отвечала она со страстью. - Да, бываю! Вот сейчас я так голодна, что готова тебя съесть. А когда я слышу бедную Бекки, мне становится еще хуже. Ведь ей еще больше, чем мне, есть хочется.
Эрменгарда открыла рот от ужаса.
- А я-то, - произнесла она горестно, - я-то и не подозревала!
- Я не хотела, чтобы ты знала, - сказала Сара. - Я бы тогда была словно уличная попрошайка. Я знаю, что похожа на уличную попрошайку.
- Вовсе нет! - закричала Эрменгарда. - Вовсе нет! Конечно, платье у тебя немного странное - но на уличную попрошайку ты совсем непохожа. У тебя лицо совершенно другое.
- Мне один маленький мальчик подал однажды монетку, - сказала Сара и невольно засмеялась. - Вот она.
И она вытащила тонкую ленточку, которая висела у нее на шее.
- Он бы мне ее не подал, если бы не решил, что я в ней нуждаюсь. Значит, у меня такой вид!