- Нет, - сказала она. - Я просто размышляю, как мне поступить.
Бекки почтительно посмотрела на нее. Ко всему, что делала и говорила Сара, она относилась сейчас с чувством, граничившим с благоговением.
- Я думаю о своем друге, - объяснила Сара. - Если он не хочет, чтобы я знала, кто он, с моей стороны было бы неделикатно пытаться это узнать. Но мне так хочется сказать ему, как я счастлива! Людям добрым всегда приятно узнать, что они сделали кого-то счастливым. Это для них важнее благодарности. Я бы хотела… я бы так хотела…
Она замолчала: в этот миг взгляд ее упал на небольшую шкатулку для письменных принадлежностей, стоявшую на столике в углу. Два дня назад Сара, войдя в свою комнату на чердаке, нашла эту шкатулку на столике. В ней лежали конверты, бумага для писем, перья и чернильница.
- Как это не пришло мне в голову раньше? - воскликнула Сара.
Она взяла шкатулку и вернулась к камину.
- Я могу написать ему, - радостно сказала она, - и оставить письмо на столе. Тогда тот человек, который уносит посуду, заберет и письмо. Я ни о чем его не буду спрашивать, а лишь поблагодарю. Я уверена, что это не будет ему неприятно.
И она написала письмо. Вот оно:
'Я надеюсь, что Вы не сочтете вольностью то, что я пишу Вам, зная, что Вы хотели бы не раскрывать своего имени. Прошу Вас, не думайте, что я пытаюсь что-то узнать. Я только хочу поблагодарить Вас за Вашу доброту - за Вашу чудесную доброту ко мне - и за то, что все вокруг изменилось, словно в волшебной сказке. Я так Вам признательна и так счастлива - и Бекки тоже! Бекки также благодарит Вас; все, что произошло, кажется ей таким же прекрасным и удивительным, как и мне. Мы были так одиноки, так голодали и мучились от холода, а теперь - подумайте только, что Вы для нас сделали! Прошу Вас, разрешите мне произнести эти слова. Я должна их сказать. Спасибо… спасибо… спасибо!
Девочка с чердака'.