И она придумала новую гримасу, подходящую к этому заявлению, — глаза сужены, губы плотно сжаты, подбородок выдвинут.
— Тебе не следует обижаться, — улыбнулась она. — Такого, как ты, не будет никогда. Но я собираюсь пожелать то, о чём всегда мечтала. Я хочу щеночка. И не просто любого щеночка. Я точно знаю, какого хочу, и нос королевы мне его раздобудет.
Она вынула монету и, посерьёзнев, обратилась к королеве:
— Знаю, это будет трудно, потому что, когда подготовлюсь, я буду просить о чёрном лабрадоре. Надежды, что его купят, нет. И дело не только в деньгах, чтобы кормить его и оплачивать счета от ветеринара. У меня нет денег даже на ошейник и поводок, и я представить не могу, как этот щенок может появиться и как мне позволят держать его. Но об этом я не беспокоюсь, потому что твой нос всё как-нибудь устроит. Меня беспокоит другое. Летние каникулы идут к концу. А это значит, что в самый важный период жизни щенка, когда мы должны как можно больше времени проводить вместе, я буду в школе.
Королева выглядела чрезвычайно серьёзной.
— Я хочу, чтобы я не… — медленно начала Хармони. — Вот оно! — вдруг громко крикнула она, надев До Меня Дошло гримасу.
Королева подавила улыбку.
— Вот оно! — (переход к Глуповато-Счастливой) — Мне не надо! Мне не надо возвращаться в школу! Это может быть шестым желанием, а щенок лабрадора пусть будет седьмым! Тогда всё время до Рождества я буду играть с ним, начну его обучать и всё такое!
Последняя гримаса, которую она выбрала, была, конечно, Решено!
— Вот что я пожелаю, — твёрдо сказала Хармони, а на лице королевы лишь на мгновение промелькнула печаль.