Скоро они летели над Землей и жадными глазами смотрели сквозь облачные окна на ледяной океан, лежавший внизу. Пейзаж был безжизнен и суров, но казался им прекрасным. Малютин определился: они вышли к Земле у Аляски, над морем Бофорта, и уходили на запад.
— Пойдем над полюсом! — решил Лукин. — Так ближе. — И круто повернул на север.
Кедров, надев наушники, снова и снова пробовал радиотелефон, и вот из небытия, из вечного молчания возникли какие-то шумы, и вдруг голос Чижевского громко проговорил в самое ухо Кедрова:
— Говорит Земля… «РС-7», где вы? Где вы? Ждем вас. Сегодня срок возвращения. «РС-7», где вы, где вы?..
Кедров не выдержал, крикнул:
— Здесь! Мы здесь!
Не снимая наушников, Кедров включил громкоговоритель, и сильный ровный голос Чижевского прозвучал в звездолете:
— «РС-7», где вы? Кто кричал? Мы беспокоимся…
Начался быстрый бессвязный разговор. Путешественников сразу на всех языках засыпали вопросами. Громкоговоритель был подобен окну, открытому в мир: разноязычный кипучий говор ворвался в звездолет. Земля приветствовала своих сынов.
Для путешественников этот хаос звуков был как музыка — симфония родной планеты. И громче всех, яснее всех, милей всех звучали голоса отечества, они звали: