Альберт, ехавший сзади его и узнавший сестру, подъехал к Рингильде и сказал ей:
— Здравствуй, Рингидьда! Неужели ты меня не узнаешь? или не рада меня видеть?
— Мой милый брат Альберт! — воскликнула Рингидьда, — прости, но мой взор был ослеплен светилом, только что сиявшим близь меня. Я не знала, что ты так близко за ним следуешь!
Протянув ему руку, девушка крепко сжала его руку в своей.
— Как только будешь свободен, приходи к Эльзе! — радостно воскликнула Рингидьда.
Мальчик, кивнув ей головой, проехал дальше, а она снова впала в раздумье.
Когда началось сражение, Рингидьда недвижимо стояла на холме и молилась, сама того не сознавая, за жизнь прекрасного незнакомца, чрез которого проник в ее душу спет, теплота, радость и счастие. Он прекрасен, как архангел Божий, лик его светел и ясен, как лики святых. Рингильда перебирала свои четки, шепча молитву и прося Бога, чтобы это сражение пришло бы скорее к концу и чтобы смерть пощадила войско короля и рыцаря, за которого она так горячо молилась.
«Его я должна спасти, — шептало сердце Рингильде. — Я знаю, что это мой рок, моя судьба. Я умру не ропща, лишь бы он жил!»
Яркое солнце освещало горизонт, ветер развевал знамена, раздавались звуки труб, лошади ржали, толпа солдат шумела. Старый король стоял со своим войском на берегу ручья. Герцог Оттон фон Люнебург находился на левом крыле, на правом молодой герцог Эрих.
По ту сторону ручья расположилось неприятельское войско. В центре, против старого короля, помещались Бременцы, на левом крыле герцог Альберт Саксонский, на правом граф Генрих Шверинский и Любекский бургомистр.