— Какая сестра милосердия? Где она находится? — спросила с удивлением герцогиня.
— Она живет в избушке моей сестры, — ответил ей отец Хрисанф.
«Вот кого мне предпочитают! — думала герцогиня. — Крестьянскую девушку, которая умеет лучше лечить больных, чем я!»
— Альберт, — сказал отец Хрисанф, — приведи Рингильду.
— А это кто такой? — спросила герцогиня монаха, указывая на Альберта.
— Это мой паж, — сказал больной, которому вся эта сцена не нравилась и начинала его тяготить.
Альберт вышел из палатки и пошел звать Рингильду.
— Меня зовет архиепископ и герцогиня? Ну, что же! Пойдем! Моя совесть чиста перед ними, и я их не боюсь, — ответила брату Рингильда и направилась с ним в шатру.
Рингильда вошла в палатку. На ней было одето простое белое льняное платье, напоминающее древнегреческие одеяния. Оно плотно облегало ее стан. Ноги ее были обуты в белые чулки и туфли, сделанные дома из желтой соломы. Белый шелковый кушак, вышитый ею самой серебром гладью, опоясывал ее талию.
Рыцарь dominus Эйлард не спускал с нее глаз. Архиепископ также смотрел на нее.