-- То-то вотъ и есть!.. А тутъ все его дѣло гончихъ собакъ маханиной кормить... Дай-подай четвертную на мѣсяцъ.
-- Дуракамъ счастье.
-- Велико счастье?!. Кто пойдетъ въ полицію?.. Ты пойдешь?..
-- По-о-йду!.. Ну ее къ нечистому... наплюешь и на четвертную!..
-- То-то!..
Послѣ этого разговора мы больше не вспоминали Гараську.
Вскорѣ, по волѣ мудраго начальства, вечерніе курсы покончили свое существованіе. Я вынужденъ былъ покинуть деревню.
-----
Прошло полтора года. Минуло семнадцатое октября. Крестьянство нашего уѣзда встрѣтило "дни свободъ" двояко. Одни села ринулись въ волну аграрныхъ безпорядковъ; другія мирно занялись устройствомъ общественной жизни по новому, согласно указаннымъ въ манифестѣ свободамъ. Начальство частью растерялось передъ дружнымъ натискомъ народнаго энтузіазма, частью было занято усмиреніемъ аграрниковъ. Мирныя села поэтому очень скоро стали напоминать средневѣковый Новгородъ съ его бурнымъ вѣчемъ, удальствомъ и гордой свободой. Въ числу такихъ селъ примкнуло и Лапотное.
Въ ноябрѣ ко мнѣ въ городъ пріѣхали оттуда гости: Марья Васильевна, учительница, и Трофимъ, бывшій курсистъ.