Численность всех железно-дорожных команд почти одинакова и каждая из них состоит из двух частей: саперной роты, присоединенной к команде, как рабочая сила, и собственно-железно-дорожной команды, в составе которой находятся: 30 техников разного рода и 200 человек рабочих: дорожных мастеров, старших рабочих, слесарей, кузнецов, плотников и т. п. Каждая железно-дорожная команда имеет особый поезд с несколькими локомотивами и вагонами, на которых обозначен № команды.
В настоящую войну железнодорожные команды, общая численность которых простирается до 3000 человек, оказали огромные услуги прусским войскам.
Разрушенные, в тылу армии, рельсовые пути исправлялись означенными командами с изумительною быстротою; не менее быстро восстановлялась на этих путях (на протяжении около 2500 верст) и эксплуатация, при помощи которой пруссаки получали, все средства к безостановочному подвозу продовольственных и других запасов, требующихся для 800 000 армии.
По восстановлении железно-дорожными командами испорченных неприятелем дорог или по устройстве новых, — дороги эти как сказано выше — передавались, для эксплуатации, особым линейным комиссиям, которые были организованы в двух пунктах — одна в Эперне, а другая — в Сарбрюкене, и пяти дирекциям, местопребывание которых было назначено: в Эперне, Нанси, Сарбрюкене, Страсбурге и Амьене.
Для службы на расстоянии этих 2500 верст французских железных дорог, эксплуатируемых немецкою армиею, из Германии были вызваны 3500 челов., служивших на различных линиях германских дорог, что дало пруссакам возможность отправлять по главному пути, идущему из Германии, через Страсбург и Эперне, на Париж, ежедневно по 12 поездов в ту и другую сторону, из которых один курьерско-почтовый, идущий со скоростью 45 верст в час. Число ежедневных поездов по побочным ветвям доходит до 4 и 6 в каждую сторону. К союзной армии, осаждающей Париж, железные дороги подходят в трех направлениях:
1) по прямой линии от Страсбурга сначала до Нантеля, а, по сооружении обходной линии, — мимо взорванного Нантельского тоннеля, до Ланьи и за тем до Шэлля; 2) от Суасона до Севрана и 3) от Реймса через Лафер до Гонеса.
На каждой станции железной дороги неприятельской страны, у пруссаков расположены караулы от ландверных частей, состоящих в распоряжении генеральс-этапных инспекций. Численность этих караулов неодинакова и обусловливается степенью значительности месторасположения станции. Так, при небольших станциях, вблизи которых нет населенных деревень и городов, помещаются всего от 20 до 30 солдат, в противном же случае — рота или две, а на станциях в многолюдных городах — еще более значительная команда.
На войска эти возлагается как охранение станционных строений и железнодорожного имущества, так и наблюдение за исправностью и безопасностью рельсовых путей. С этою последнею целью, караулы расположенные на станциях, — расстояние между которыми, средним числом, от 7 до 10 верст, обязаны высылать патрули для осмотра линии.
Случаи схода поездов с рельсов, каких либо несчастий и нападения на линии французских отрядов, был вообще весьма редки и незначительны, в особенности если принять в соображение все протяжение эксплуатируемых пруссаками французских дорог. Уменьшение таких случаев немцы приписывают тому распоряжению военных властей, в силу которого каждый поезд должны сопровождать несколько почетных местных жителей (заложников), — так, что в случае какого либо нападения на линию дороги или умышленной порчи ее, люди эти делаются первыми жертвами несчастья. Мера эта, — хотя крайне суровая, но нельзя не сознаться, что вполне достигающая цели, — а также и тяжелые контрибуции, налагаемые начальниками союзных войск на населения и города, вблизи которых совершено нападение на поезд или сделана порча дороги, почти сразу прекратили попытки к разрушению железно-дорожных линий.
Независимо всех этих мер предосторожности, уменьшению числа несчастных случаев на железных дорогах не мало также содействовали и немецкие машинисты, — люди знающие свое дело, внимательные к своим обязанностям и с удивительною смелостью ведущие поезда по линиям без сторожей. Замещать же сторожей французских не было почти никакой возможности.