— Перестань, пожалуйста, Петя, y меня очень сильно болит голова, — простонала Вера.
Мальчик замолчал, но мысль о школе не оставляла его. Как только он замечал, что сестре становится лучше, что она в состоянии говорить или хоть слушать, он принимался за свой прерванный рассказ и с жаром описывал все, что показалось ему заманчивым и интересным в училище.
— Тебе так понравилось в школе, что ты, кажется, хочешь поступить туда? — с досадой спросила Вера.
— Я вот что думаю, — после минутного молчания серьезным голосом отвечал Петя: — все мальчики учатся в каких-нибудь заведениях, значит, и мне тоже нужно, a Митина школа очень хороша.
Вера не могла не сознавать справедливости этого ответа, но именно эта-то справедливость и раздражала ее.
Через несколько дней она выздоровела, и ее занятия с Петей возобновились. По-видимому, все y них шло по-старому, но на самом деле было не совсем так: при всяком сколько-нибудь трудном или скучном уроке Петя думал о школе, ему представлялось, что там дело шло бы иначе. Вера угадывала эту мысль по его глазам, иногда даже напрасно предполагала ее и мучилась. A Дмитрий Андреевич, как нарочно, усиливал ее мучения: он то рассказывал об успехах своих учеников или о пользе товарищеского общества для тех из них, которые до сих пор не выходили из семейного круга, или замечал, что Петя слишком вял и бледен, что ему нужно делать побольше движения, нужно сближаться с детьми, которые расшевелили бы его.
Долго колебалась Вера, долго старалась она убедить себя, что удерживать Петю дома должно для его же пользы, но, наконец, любовь к брату победила эгоизм и она объявила, что согласна отдать Петю в школу.
— Ты на меня сердишься? Это тебе неприятно? — робко спросил Петя, узнав решение сестры.
— Мне это будет приятно, если ты будешь хорошо учиться и сделаешься посмелее и половчее, — отвечала Вера: — и еще… если ты меня не разлюбишь, — прибавила она дрогнувшим голосом.
— Я тебя не разлюблю никогда, никогда не разлюблю, — вскричал мальчик, бросаясь к ней на шею: — я тебя буду любить еще больше, я ведь вижу, что тебе скучно отдавать меня, что ты это делаешь для моей пользы, милая моя!