Маша с удовольствием исполнила желание подруг и начала для них перечитывать сначала рассказ, уже до половины известный ей самой.
Не успела она дойти до конца третьей страницы, как Паша громко зевнула:
— А, скука какая! — проговорила она, потягиваясь — незанятная y тебя книжка да и мудреная какая-то, слова все непонятные.
— Брось книгу, давай веселиться! — вскричала Анюта и, набросившись на Машу, принялась щекотать и тормошить ее. Маше пришлось, действительно, бросить книгу, чтобы отбиваться от неугомонной шалуньи; это удалось ей, благодаря Паше, которая жаждала возвратиться к своему любимому занятию — картам и, после непродолжительной драки, усмирила наконец Анюту. Началась игра в свои козыри, и Маша надеялась, что хоть теперь ее оставят в покое. Девочки, действительно, играли без нее, но зато беспрестанно звали ее, показывали ей свои карты, спрашивали y нее совета. Не отвечать им, значило вызвать с их стороны насмешки, брань, может быть, даже драку, и Маша отвечала на их вопросы, стараясь разделить свое внимание между их игрой и своим чтением. Это стоило ей больших усилий, y нее разболелась голова, и, когда пришло время ложиться спать, она чувствовала себя совсем усталой.
— Ну, что, — спросила y нее Груша, — начиталась своих книжек?
Маша рассказала сестре, как неудобно ей было заниматься чтением.
— Что делать, голубушка, — отвечала Груша: — мать правду говорит, что ты не за свое дело берешься. Книжки дело барское, a мы и так довольно спину гнем над работой, нам в праздник надобно отдохнуть, повеселиться, a не за новое дело браться.
— Неужели она правду говорит, — думала Маша, лежа в постели, — неужели мне так-таки и думать об учении нельзя. Неужели всю жизнь шить, шить и ничего больше?..
И вспомнилось девочке, как, живя y Светловых, она надеялась выучиться всему, чему учились барышни, как успешно шло y нее это учение, как она мечтала со временем сама сделаться учительницей, беспрестанно приобретать новые знания и сообщать их другим. A вместо этого ей говорят, что она должна быть швеей, и она сама чувствует, что ей нет возможности сделаться чем-нибудь другим!..