— А теперь вы можете делать эти работы? — спросил Дмитрий Васильевич, прислушивавшийся к разговору мальчиков.
— Право, не знаю, я давно не пробовал; если бы у меня была солома или прутья, я, может быть, и вспомнил бы.
После ужина мальчики повели Петю в свою классную комнату, показали ему книги, напечатанные нарочно для слепых крупным выпуклым шрифтом и хвастали, что умеют читать. Действительно, они так быстро водили пальцами по строкам и осязание их было так тонко, что они разбирали слова не хуже и не медленнее зрячих. Петя попробовал также ощупью узнавать буквы, но беспрестанно ошибался, что очень смешило маленьких слепых.
— Не понимаю, отчего вам трудно плести корзины, когда вы можете так хорошо читать! — вскричал Петя.
— Это оттого, что читать и писать нас учит Дмитрий Васильевич, — объяснил один из старших мальчиков, — он умеет учить, а плести показывает нам один корзинщик, мы у него ничего не понимаем.
— Вот посмотрите, как мы плетем! — прибавил другой мальчик, доставая из большого шкафа в углу комнаты грубую корзину, до половины сплетенную, видимо, очень неумелыми руками.
— Да, это не очень хорошо! — согласился Петя. — Вы замечаете, в чем нехорошо? — обратился он к старшему мальчику и, взяв его руки, заставил его ощупать все неровности работ.
— Замечаю, замечаю! — вскричал тот: — но как же это исправить?
Петя вспомнил все те приемы, посредством которых учила его слепая бабушка и с помощью них показал мальчику, как сделать плетенье ровным и чистым. Мальчик относился очень внимательно ко всем его указаниям, и когда через полчаса Дмитрий Васильевич пришел звать детей ложиться спать, он с торжеством показал ему свою работу. Дмитрий Васильевич внимательно осмотрел ее и затем обратился к Пете с вопросом: «очень ли он устал, может ли подождать пока дети улягутся и тогда поговорить с ним?» Хотя Петя чувствовал и усталость, и желание поскорее остаться одному, чтобы придти в себя от разнообразных впечатлений этого дня, но он, конечно, охотно согласился ждать Дмитрия Васильевича. Через полчаса, убедившись, что все его воспитанники спокойно лежат в постелях, директор вернулся к Пете.
— Я заметил за ужином, — сказал он ему, усадив его на стуле против себя, — что вам было неприятно отвечать на расспросы детей, но со мной вы можете быть менее скрытным. Я буду спрашивать вас не из пустого любопытства. Скажите, отчего вы не живете с родителями? Чем вы занимаетесь?