2 Ср. с автохарактеристикой Сыромятникова: "Убежденный противник грамматической греко-римской муштры для наших подростков, я искренне радуюсь всякой попытке познакомить русское общество с светлым духом вечносмеющейся Эллады" (Сыромятников С. Н. Литература: Об эллинской прелести // НВ. 1896. No 7306. 2(15) июля. С. 2-3. Подпись: Сигма).
3 Речь идет о книге Анненского, упомянутой в тексте 37.
Следует отметить, что единственное письмо Сыромятникова, сохранившееся в архиве Анненского (РГАЛИ. Ф. 6. Оп. 1. No 367. Л. 1-2), свидетельствует о том, что практика "книжных приношений" Анненского адресату, связанная, кроме всего прочего, очевидно, и с заинтересованностью в печатных откликах, имела место и впоследствии:
Б<ольшая> Адмиралтейская Набер<ежная> 4 Апр<еля> <19>00
Многоуважаемый Иннокентий Федорович,
Долгая и мучительная болезнь (карбункул на затылке) лишила меня возможности ранее поблагодарить Вас за любезную присылку мне Вашего прекрасного перевода "Ифигении-Жертвы". Я начал читать его в Обуховской больнице, где д<окто>р Троянов меня резал. Прочитав, скажу об нем несколько слов.
Разумеется, я очень рад, что Вы издаете полное собрание Эврипида, наиболее современного нам из греческих драматургов. Я буду приветствовать первый том в газете с радостью. Зачем только Вы вводите в переводе рифму? Я скорей ввел бы рифму в строфы etc., чтобы сделать музыкальную часть более звучной. Впрочем, у Вас, вероятно, есть веские основания.
Благодарю Вас еще раз за память и прошу верить моей Вам преданности
С. Сыромятников
Своеобразным отзвуком контактов Анненского с Сыромятниковым можно считать запись последнего в "Литературной тетради Валентина Кривича" (РГАЛИ. Ф. 5. Оп. 1. No 111. Л. 126):