7 Предчувствия Анненского отчасти оправдались, причем вовсе не в ироническом ключе.
После отставки Герасимов принимал активное участие в земском движении, будучи избранным в члены Вельского земского собрания от "первого избирательного собрания" (см.: Вельский календарь-ежегодник: 1913 г. / Издание Вельской Земской Управы Смоленской губ. Витебск: Тип. Н. Сролиовича и И. Манковича, 1912. С. 34). В годы Первой мировой войны работал во Всероссийском земском союзе, организуя материальное обеспечение российской армии. В период февральской революции 1917 г. организационный и политический опыт Герасимова оказался востребован, и 16 марта 1917 г. "председатель комитета северного фронта Всероссийского союза Герасимов" был назначен в состав Временного правительства в качестве товарища министра народного просвещения А. А. Мануйлова (см.: ЖМНП, не. 1917. Ч. LXIX. Май. Паг. 1. С. 3) и осуществлял непосредственное руководство работой Государственного комитета по народному образованию, созданного в целях разработки государственного плана, руководящих принципов, законопроектов и общих мер в области народного образования.
Позиция Герасимова в период так называемого "двоевластия" была куда более жесткой, чем у его соратника по Всероссийскому земскому союзу, министра-председателя первого и второго составов Временного правительства князя Г. Е. Львова; именно это, видимо, было главной причиной его выхода вместе с другими представителями партии народной свободы из состава Временного правительства в самом начале июля 1917 г. Такое предположение подтверждается воспоминаниями кн. С. Е. Трубецкого:
"Я сохранил о нем <июньском большевицком восстании, по терминологии Трубецкого. -- А. Ч.> удивительное воспоминание: странное сочетание полной импотенции государственной власти и еще до глубины неосознанной "всепозволенности" среди народных масс. Власть еще могла тогда ударить по бунтовщикам, но не смела этого сделать; бунтовщики уже могли бы свергнуть власть, но не верили ни своим силам, ни бессилию противника и тоже не решались это сделать...
Какие-то странные -- скорее "обозначенные", чем реальные -- столкновения происходили между защитниками "революционного порядка" и крайними революционерами. Я видел, как отступали эти "защитники порядка" перед горстью наступавших большевиков; видел, с другой стороны, и паническое бегство революционеров перед несколькими пулеметными очередями -- в воздух. Ни одного убитого, ни одного раненого...
Для всякого мыслящего человека -- мыслили тогда, однако, еще меньше чем обычно -- было совершенно ясно, что силы правительственной власти будут только падать, а сила и дерзость крайних революционных элементов, наоборот, только возрастать. Положение создавалось буквально безнадежное.
Я очень ясно помню то, что мне рассказал тогда О. П. Герасимов. Он был убежден в огромной опасности Ленина для России, и в разговоре с глазу на глаз с кн. Львовым высказал это. "Как Министр Внутренних Дел, вы обязаны, князь, его арестовать",-- говорил Герасимов.-- "Как вы хотите, чтобы я это сделал? -- отвечал Львов.-- На следующий же день Совет рабочих депутатов потребует его выпустить". -- "Я предлагаю вам такую комбинацию, -- сказал Герасимов. -- Оставаясь во главе Временного правительства, назначьте меня Министром Внутренних Дел. Я обязуюсь немедленно и "без вашего ведома " арестовать Ленина, который при попытке к бегству будет тут же убит"" (Трубецкой Сергей Евгеньевич, кн. Минувшее. Paris: YMKA-Press, 1989. С. 152-153. (Всероссийская мемуарная б-ка; Серия "Наше недавнее"; 10)).
После узурпации в России власти большевиками Герасимов не отказался от мысли о борьбе с ними, участвуя, по словам Трубецкого, в "политических заговорах", будучи членом Национального центра и Военной организации, что и привело его к заключению по доносу под стражу и гибели в тюрьме Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем (см.: Там же. С. 169, 171-173, 194, 199, 207, 231).
8 Речь, очевидно, о письме от 4 января (см. текст 164).
9 Участок Эбермана был одним из немногих на Московском шоссе, которые имели электрическое освещение (см.: Груздева А. Г., Чурилова Е.Б. Историческая застройка Московского шоссе в Отдельном парке Царского Села. СПб.: Серебряный век, 2005. С. 50. (Прогулки по городу Пушкину)).