Подражая папуасам,
Бьем друг друга по мордасам?
Правда: чаще языком,
Но бывает кулаком.
Бросающееся в глаза почти полное совпадение круга лиц, упоминаемых Анненским, с именами, фигурирующими в письмах Л. Д. Блок к матери Блока, А. А. Кублицкой-Пиоттух, от 14 и 16 декабря 1908 г. (см. их опубликованные фрагменты: Блок в неизданной переписке и дневниках современников (1898-1921) / Вступ. статья Н. В. Котрелева и З. Г. Минц; Публ. Н. В. Котрелева и Р. Д. Тименчика; Подгот. текстов Ю. П. Благоволиной и др.; Коммент. Я. В. Котрелева и др. // Литературное наследство / АН СССР. М.: Наука, 1982. Т. 92: Александр Блок: Новые материалы и исследования. Кн. 3. С. 341--343), позволяет предполагать, что Анненский лично присутствовал в заседании "Литературного общества" 12 декабря 1908 г., в котором А. А. Блок выступил с рефератом "Обожествление народа в литературе" ("Народ и интеллигенция"),-- или, по меньшей мере, получил детальную информацию о ходе этого заседания от лиц, присутствовавших на нем (например, от старшего брата или адресата письма), а возможно, из подробного отчета о нем, опубликованного в редактировавшейся Т. А. Богданович газете (см.: Жилкина З. А. В литературном обществе // Слово. 1908. No 650.14 (27) дек. С. 5. Подпись: З. Ж:, Блок Александр. Собрание сочинений: В 8-ми т. М.; Л.: ГИХЛ, 1962. Т. 5: Проза 1903-1917. С. 743-744).
Полагаю, что полемический пафос Анненского, ярко отразившийся в публикуемом письме, был своего рода отложенной реакцией на события, происходившие на этом заседании. В этой связи хочется обратить на него его собственное высказывание о письмах Белинского: они "передают обыкновенно не мнения его, а настроения" (ИФА. II. С. 205).
3 Мережковский был одним из ораторов на упомянутом заседании Литературного общества 12 декабря 1908 г.
О взаимно неприязненных отношениях Анненского и Мережковского см. подробнее прим. 2 к тексту 79.
4 Брошенная Анненским формула "меделянские пудели" неоднозначна и богата аллюзиями. В сознании Анненского могли в той или иной степени присутствовать следующие ее семантические стороны: 1) По Далю, "Меделянская собака, меделянка, ж. одна из самых крупных пород: большеголовая, тупорылая, гладкошерстая; статями напоминает бульдога" (Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4-х т. М.: Русский язык -- Медиа, 2006. Т. 2. И-О. С. 312). В применении к пуделю -- собаке безобидной, декоративной,-- атрибут "меделянский" звучит, конечно, абсурдно, оксюморонно. Тем самым подчеркивается фальшивость громких фраз и бурных эмоций у тех, кому адресована эта формула: их "меделянская" ярость на поверку оборачивается "пуделевской" декоративностью и бессилием. 2) Литературный прием фонетического усиления фамилии Мережковского в "Меделянского" служит той же цели: возникает гротескный и совсем не страшный "Мережковский пудель"! 3) Отметим и скатологический оттенок этого выражения; ср.: "соврем, меделянка, меделянская сучка -- ругательства, донск. (Миртов)" (Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. В 4-х т. М.: Прогресс, 1986. Т. 2 (Е-Муж). С. 590). 4) Если предположить, что за "Меделянским пуделем" (как и за "Мережковским") стоит образ кого-то из участников заседаний Литературного общества, то самым вероятным кандидатом, на мой взгляд, оказывается "лукавый Блок" (КО. С. 348); см. шарж с изображением пуделеобразного Блока, опубликованный в "Искре" как раз в январе 1909 г.: Литературное наследство / АН СССР. М.: Наука, 1987. Т. 92: Александр Блок: Новые материалы и исследования. Кн. 3. С. 359. 5) В контексте публикуемого письма, где о Достоевском говорится как о "высокой проблеме", "целом источнике мыслей и загадок": вряд ли Анненский мог не заметить в "складках" романа "Братья Карамазовы" щенка меделянской собаки, который "потерялся" в постели умирающего Илюши Снегирева (см.: Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений: В 30-ти т.; Художественные произведения: В 17-ти т. / АН СССР; ИРЛИ (ПД). Л.: Наука, 1976. Т. 14: Братья Карамазовы: Кн. 1-Х. С. 472,487-490). 6) Можно напомнить еще, что и безобидность пуделя -- вещь относительная: на поверку пудель, как известно, может обернуться Мефистофелем.
5 Столпнер Борис Григорьевич (1871-1937) -- философ, социолог, публицист, входил в состав совета Российского философского общества, один из инициаторов и авторов "Еврейской энциклопедии", переводчик философской литературы (известен как переводчик сочинений Гегеля), до революции -- участник социал-демократического движения. На рубеже 1900-10-х годов постоянный посетитель воскресений В. В. Розанова, высоко отзывавшегося о нем (см.: Розанов В. В. Сочинения / [Сост., подгот. текста и коммент. А. Л. Налепина, Т. В. Померанской; Вступ. статья А. Л. Налепина]. М.: Советская Россия, 1990. С. 84; Переписка В. В. Розанова и М. О. Гершензона: 1909-1918 / Вступительная статья, публикация и комментарии В. Проскуриной // НМ. 1991. No 3. С. 220). О Столпнере как о личности интеллектуально яркой сохранились многочисленные добрые отзывы (см.: Блок Александр. Собрание сочинений: В 8-ми т. М.; Л.: ГИХЛ, 1963. Т. 8: Письма 1899-1921 / Подг. текста и прим. М.И. Дикман. С. 268-269; Белый Андрей. Начало века / [Подгот. текста и коммент. А.В.Лаврова]. М.: Художественная лит-ра, 1990. С. 322. (Серия литературных мемуаров); Троцкий Л. Литература и революция/ [Вступ. статья Ю. Борева]. М.: Политиздат, 1991. С. 294; Лосев А. Ф. "Я от всех беру и всех критикую": ("В Главлит" 29.XII.1929: Из протоколов допроса В. М. Лосевой-Соколовой) / Предисл. к публ. А.А. Тахо-Годи // РМ. 1996. No 4150. 21-27 ноября. С. 11-12; Тахо-Годи А. А. От диалектики мифа к абсолютной мифологии// Вопросы философии. 1997. No 5. С. 175-176; Леонтьев А. А. Алексей Николаевич Леонтьев рассказывает о себе // Вопросы психологии. 2003. No 2. С. 35-36).