-- А не переселяются на "Уралъ?" -- спросилъ я.
-- На Уралъ... Это, значитъ, на "новыя земли?.." Какъ же, ѣдутъ, ѣдутъ! Да вѣдь этимъ горю не пособишь!.. Тутъ дѣло безъ "нехорошаго" не обойдется!-- закончилъ онъ вдругъ энергично.
-- Т. е. какъ безъ "нехорошаго?" -- спросилъ я съ нѣкоторымъ удивленіемъ.
-- А такъ: непріятности будутъ всякія! Безъ этого, вотъ увидите, дѣло не обойдется... Ужъ очень неправильно все идетъ. Вотъ, примѣрно, у мирового судьи, гдѣ я жилъ,-- онъ почетный мировой судья уже 25 лѣтъ, съ самаго положенія,-- у него 1.500 десят. земли, онъ одинъ владѣетъ этимъ, а на цѣлую слободу -- тамъ, можетъ быть, 500 душъ -- тоже столько же земли, а можетъ -- еще меньше. Ну, вотъ и судите сами!
-- Да изъ-за чего же могутъ быть непріятности? И съ кѣмъ?
-- Да съ кѣмъ -- съ помѣщиками заведутъ... Землю будутъ рвать! Такъ не можетъ остаться: неправильно,
-- Это справедливо,-- подтвердилъ со вздохомъ, сидѣвшій неподалеку и все время внимательно прислушивавшійся къ разговору крестьянинъ.
-- Развѣ что,-- продолжалъ послѣ нѣкотораго раздумья мой собесѣдникъ:-- развѣ прибавятъ налогу на арендаторскія земли. Слухъ идетъ, что налогъ будетъ большой, сами побросаютъ! Тогда другое дѣло, тогда все обойдется хорошо!
Самымъ рѣшительнымъ образомъ я доказывалъ полную безсмыслицу такого слуха. Но собесѣдникъ мой рѣшительно не вѣрилъ ни одному моему доводу.
-- Нѣтъ, не говорите!-- стоялъ онъ на своемъ.-- По всему видно, что дѣло къ тому идетъ. Вы видѣли новыя бумажки?