Его, конечно, гонятъ вонъ,
Но тутъ, несчастный, онъ,
Ужь въ полное пришедши опьяненье,
Дѣйствительность считая за видѣнье,
А подлинныхъ людей
За давнишнихъ своихъ лютыхъ враговъ, чертей
Бросается на нихъ въ безумномъ изступленьи,
И тѣмъ все дѣло заключилъ,
Что ужасъ, вымолвить!.. убійство совершилъ!
Когда, же протрезвился,