Подъ Севастополемъ въ его осаду былъ,
Французовъ, съ Турками душилъ,
И на горахъ потомъ заоблачныхъ изъ лѣса
Выпугивалъ штыкомъ чеченца и черкеса.
"А водки много ты, служивый, потреблялъ?"
Спросилъ его мужикъ лохматый, непригожій.
"Ну нѣтъ," Солдатикъ отвѣчалъ:
"По милости я Божьей
Сродясь и въ ротъ ее не бралъ!"
"Такъ видно, братъ военный,