Бобковъ.
Что же тутъ подѣлаешь? Вы слышали какую чепуху понесла моя! Слава Богу, что не затронула хиромантіи, тогда не онѣ, а мы бы бѣжали отъ нихъ.
Гнусавцевъ.
-- Ребенокъ дома безпокоитъ меня, а то бы я и не пикнулъ о женѣ...
Брюхинъ.
Тфу! (плюетъ) Вотъ надѣлали бѣды! не остановить-ли ихъ?
Бобковъ.
-- Ну, да, тотчасъ и согласятся онѣ...
Гнусавцевъ.
-- Шутихинъ то остался въ выигрышѣ! Ее было гроша и вдругъ алтынъ -- три жены.