Копытинъ.-- Оставь, сестра, меня въ покоѣ хоть въ эти минуты. Горько мнѣ, тяжело...
Агафья Кузьминична.-- Мой пріемный не казистъ, а человѣкъ прочный, оченно ужъ подходящій для Маши, гроша не истратитъ, курицы не тронетъ.
Копытинъ.-- Отойди отъ меня, сестра, не доводи до грѣха!... Я видѣлъ твоего тамъ (указываетъ рукою) между присяжными сидитъ; привелось ему судить моего Сергѣя, исправился значитъ, одумался, а все же я ему не вѣрю...
Агафья Кузьминична.-- Онъ давно пересталъ пить...
Арина.-- И что, матушка, облыжно говоришь. Такой пьяница до гроба будетъ пить, а не тронетъ курицы потому -- силъ нѣтъ догнать ее; не истратитъ гроша потому -- нѣтъ у него.
Агафья Кузьминична.-- Дался тебѣ мой пріемный! Чего ты лаешься на него?
Арина.-- Отъ правды, Агафья Кузьминична, не отступлю, такъ сколочена съ измальства.
(Вбѣгаетъ Маша, къ ней на встрѣчу идетъ отецъ).
Маша.-- Папа! Папа! (бросается къ нему на грудъ).-- Какъ много я вынесла, выстрадала, вытерпѣла!..
Копытинъ.-- Успокойся, родная!