Путилин черкнул на листе бумаги:
"Следуйте дальше, вплоть до Москвы".
Беседа о некоторых чудесах антропологии прервалась.
Путилин сидел в глубокой задумчивости. Вдруг он вскочил с места и как исступленный забегал по кабинету.
-- Дурак! болван! старый осел! прозевал! прозевал! -- вырвалось у него.
Он, казалось, готов был вырвать все свои волосы. Он -- мой дорогой, уравновешенный друг -- был прямо страшен. Я невольно вскочил и бросился к нему.
-- Ради Бога, что с тобой?! Что случилось?
-- Случилось то, что мы с тобой, действительно, проводили Домбровского. Я даже с ним, представь, раскланялся.
-- Так почему же ты его не арестовал?
Путилин не слушал меня. Быстрее молнии он написал несколько слов на бумаге.