Что-то бесконечно хищное вспыхивало, сверкало в его больших глазах.
-- Итак, ваше сиятельство, вы сегодня не играете? -- спросил старик еврей.
-- Не стоит, ваша светлость, -- усмехнулся тот.
-- А почему, Прженецкий?
-- Игра мелкая, Гилевич. Не стоит рук марать.
-- Еще бы! Поели такого огромного куша, который ты схватил на днях...
-- Кажется, ты получил из него свою долю с лихвой?
Старик еврей прищурился.
-- Но эта "лихва" пришлась мне за огромный риск доставить труп застрелившегося Грушницкого в гости. Ха-ха-ха! К самому дьяволу -- Путилину. Видный малый! Он, наверное, не предполагал, что после смерти его душа попадет в пекло... сыскного ада, к Вельзевулу!..
На пороге комнаты появилась группа из трех лиц. Впереди стоял коренастый человек в коричневом фраке и белом жилете.