И вот эти шаги, шелест шелковой юбки... Должно быть, вспомнив о том, что "кашка" осталась на столе, в спальню торопливо вошла молодая жена-красавица.
-- Ну, как ты? -- начала было она и вдруг замерла при виде неизвестно откуда взявшегося постороннего человека.
-- Ваша кашка, сударыня, приготовлена чудесно! И давно вы ею кормите вашего супруга?
Крик, полный животного страха, прокатился по спальне старика, и красавица грохнулась навзничь.
-- Вот кто отравитель ваш, бедный господин Никифоров: ваша собственная жена.
Путилин при воспоминании об этом порывисто вскочил с кресла, но покачнулся, зашатался.
-- Великий Боже, я, кажется, умираю... Я отравлен так же, как отравлена эта бедная девушка...
Отравленный Путилин
Сколько времени я спал, не знаю. Знаю только, что вдруг меня разбудило падение на меня какого-то тела.
Я быстро вскочил. Лучи солнца весело играли в гостиной. Смертельно бледный, с посиневшими губами, на краю тахты полусидел, полулежал Путилин.