-- Да как же это быть может, когда мы только что поставили Царицу Небесную?
-- Так где же? Я... я еще недавно видел ризу в полном благолепии.
Воцарилась нудная тишина.
Ее нарушил пришедший в себя священник:
-- Мои возлюбленные во Христе братии! Мы присутствуем при событии огромной и печальной важности: на наших глазах произведено неизвестными злоумышленниками дерзновеннейшее святотатство: украден венчик-корона нашей величайшей московской святыни. О горе нам, о горе проклятому Иуде-серебрянику! О сием важном происшествии обязаны мы немедленно оповестить высшее духовное начальство. А посему, прекращая молебен, прошу вас, христолюбивая братия, с печалью и скорбью в сердцах разойтись.
И толпа, охваченная паникой, ужасом, безмолвно разошлась...
Наутро вся Москва была взволнована святотатственным грабежом. Паника среди духовенства, в ведении которого находилась высокочтимая икона, была колоссальна.
Шли непрерывные заседания духовных отцов, обсуждавших на все лады страшное происшествие.
С несомненностью было установлено одно: в момент, когда икона выехала, на ней драгоценная риза была в полном порядке. Это клятвенно подтвердили лица, сопровождавшие икону: священник и монах.
Светские власти с кипучей энергией вмешались -- по просьбе духовенства -- в раскрытие неслыханного злодеяния. Прошло около двух недель. Ни один луч света не проник в это темное дело.