Тяжелее всех оказался Кубырь. Он очень запыхался и наделал ссадин на руках больше, чем все остальные.
Но вот и он.
-- А ведь ничего себе штука, забористая, -- говорил он, исследуя свои царапины.
-- Ну, это что. Это пустяки! -- солидно заметил я.
-- А разве еще хуже будет?
Я понял, что дал маху, но быстро нашел выход.
-- Я про царапины говорю.
-- А-а, -- протянул Кубырь и успокоился.
-- Ребята, здесь вода бежит!
И Змеиный Зуб, ушедший вперед, указал куда-то под камень.