Пыль щекотала в носу; около самой головы звучала беспрерывная дробь десятка барабанов; в ушах звенело от крика чудовищ, но я оставался невредимым. Когда уже все стихло, я все-таки не сразу решился открыть глаза и сперва попробовал повернуться, так как чувствовал, что подо мной очень неудобно лежит что-то вроде бревна; но при первом же моем движении, это бревно так пронзительно завизжало, что у меня от страху судорогой свело ноги.
Переведя дух и обождав еще немного, я, уже не двигаясь, открыл глаза.
Кругом пусто и тихо. Пыль, медленно осаживаясь, висела в беззвучном воздухе; где-то вдали мычала корова. Приподнимаю голову, чтобы посмотреть на лежащее подо мною бревно, и увидал -- то был Крокодил. Он, так же как и я, уткнулся головой в навоз и неподвижно замер, закрыв голову какой-то тряпкой.
Боясь, как бы он опять не завизжал так же страшно, я тихонько позвал:
-- Егорка!
Молчит.
-- Егорка, ты жив?
Он приподнялся и боязливо посмотрел на меня из-под локтя.
-- Это ты, Васька?
-- Я.