Минута, и сосновые ветки затрещали, закурились смолистым дымком, вспыхнули, и костер снова ожил, зарокотал.
Крокодил погладил меня по плечу и улыбнулся, беззвучно шевеля губами. Я наклонился.
-- Хорошо здесь, -- прошептал он мне прямо в ухо, -- только немножко страшно, -- и прикорнул у меня на коленях, словно отдаваясь под мою защиту
Глава VIII. Утро. -- О минувших событиях.
Я проснулся от холода и в первый момент решительно ничего не понимал. Где я и почему так продрог? Но, оглянувшись кругом, я все понял.
Было совершенно светло. На прозрачном, безоблачном небе, купаясь в солнечных лучах, рисовался грозный вчера, а сегодня только огромный утес. Лес весело шумел густою листвою, звонко чирикала какая-то птичка. Костер чуть-чуть дымился, и сизая струйка дыма, причудливо извиваясь, стлалась по холодному граниту.
Крокодил, свернувшись калачиком, спал возле меня; немного подальше, скорчившись от холода, лежал Змеиный Зуб; Кубырь куда-то исчез.
Я дрожал от холода и не решался вставать, но в конце концов не вытерпел.
Выбивая дробь зубами, я кое-как раздул костер и вышел из пещеры; здесь, хотя и лежала тень, но было значительно теплее.
-- Васюк!