V.
-- Филиппъ Антоновичъ спрашивалъ вчера, куда ты пропалъ! Съ недѣлю ужь тебя такъ не видали, говорилъ отецъ Сергій своему первенцу, лежавшему съ книгой въ рукахъ на окнѣ въ тѣни орѣшника.
Лёвка молча перевернулъ страницу. Отецъ Сергій, въ свѣтломъ лѣтнемъ подрясникѣ, съ туго заплетенной лоснящейся косичкой на затылкѣ, ставилъ подпорки подъ отягощенныя плодами вѣтви яблонь.
-- Бѣгаешь людей, словно заразы какой, продолжалъ онъ немного погодя, не безъ усилія подпирая тяжелую вѣтвь.
Лёвка и на это промолчалъ.
-- Нелюдинство твое до добра не доведетъ. Въ одиночествѣ чрезмѣрно высокое мнѣніе о себѣ получишь. Почитай-за, что объ этомъ философы толкуютъ. Это будетъ полезнѣе вод о родовъ и кисл о родовъ.
Отецъ Сергій дѣла удареніе на второмъ слогѣ и имѣлъ вообще о химіи довольно смутное понятіе, философіи отдавалъ препочтеніе передъ всѣми науками.
-- Они тамъ соскучились по мнѣ, что-ли? спросилъ Левка съ усмѣшкой.
Отецъ Сергій выбиралъ лежавшія на травѣ подпорки и не тотчасъ отвѣчалъ.
-- Кому о тебѣ скучать? Веселья съ тобой мало, сказалъ онъ, поднимая наиболѣе длинную палку и примѣривая ее къ дереву.