-- На чемъ было основано ваше убѣжденіе защищать позицію до послѣдней капли крови?
-- На словахъ ген. Кондратенко, котораго я просилъ выяснить мою роль, роль моего полка и степень упорности обороны позиціи.
-- Наканунѣ боя получали ли вы отъ ген. Фока приказанія?
-- Категорическихъ -- нѣтъ. И диспозиціи -- также.
-- А во время боя?
-- Я сносился съ ген. Надѣинымъ.
-- Объясните же вашу роль 13-го мая,-- обращается тогда къ подсудимому генералу Фоку членъ суда, баронъ ОстенъСакенъ. Опредѣлили ли вы мѣсто, гдѣ васъ надо было найти?
-- Ничего я не опредѣлялъ,-- отвѣчаетъ Фокъ.-- Я поручилъ Надѣину командовать на позиціи, а самъ остался на ст. Тафашинъ... Когда же узналъ, что бой склоняется не въ нашу пользу, то поѣхалъ самъ на Цзиньчжоу... Говорятъ, что я былъ взволнованъ и выругалъ какого-то рядчика...
Ну, это понятно!.. Пришелъ какой-то...
-- Защищая свою честь,-- останавливаетъ его предсѣдатель,-- прошу не увлекаться и не оскорблять чужое достоинство.