Но послѣдній долго отказывалъ, а потомъ сказалъ: дѣлайте, какъ знаете. Однако, прорвать блокаду онъ все-таки воспретилъ. Свидѣтель едва набралъ 100 человѣкъ команды. Бралъ откуда могъ. Виренъ прислалъ ему впослѣдствіи еще 200 человѣкъ. Все-таки это была только половина штатнаго числа команды.
Свидѣтелю удалось оставить на "Севастополѣ" по 25 снарядовъ на орудіе. Всѣ остальные снаряды адмиралъ Виренъ приказалъ отдать на сухопутный фронтъ.
Духъ команды на броненосцѣ былъ хорошъ, но свидѣтель полагаетъ, что на позиціяхъ онъ былъ хуже.
Съ состояніемъ верковъ адмиралъ знакомъ не былъ, но, проѣзжая по городу, убѣдился, что японцы стрѣляютъ даже по отдѣльнымъ всадникамъ и прохожимъ. Пристрастнаго отношенія къ морякамъ со стороны Стесселя свидѣтель не замѣчалъ. Среди 23 тысячъ человѣкъ, явившихся на сдаточный пунктъ, было много больныхъ.
Капит. 2 ранга Лепко.
Свидѣтель жилъ въ минномъ городѣ, былъ подчиненъ командиру порта и вынесъ впечатлѣніе, что запасовъ въ порту было мало. По крайней мѣрѣ, на его глазахъ умеръ отъ голода одинъ портовый мастеровой. Самъ свидѣтель питался также очень скудно: ѣлъ червивыя галеты и покупалъ себѣ на обѣдъ конину (иногда палыхъ лошадей) и бутылку молока въ день. Молоко стоило дорого -- 30 коп. бутылка. Ген. Стесселя узналъ только изъ приказовъ и разсказовъ матросовъ, которые передавали ему восторженные отзывы солдатъ о генералѣ Стесселѣ. Подъ впечатлѣніемъ стесселевскихъ приказовъ офицеры и матросы, по словамъ свидѣтеля, рвались на позицію. Самъ свидѣтель, встрѣтивъ однажды генерала Стесселя въ городѣ, просилъ его взять командуемый имъ миноносецъ въ свое распоряженіе и употреблять его для перевозки почты, для захвата японскихъ коммерческихъ судовъ и т. п. порученій, но ген. Стессель отвѣтилъ ему: "да вѣдь мнѣ васъ не дадутъ". Пристрастіе къ матросамъ было не со стороны Стесселя, а съ другой. Адм. Виренъ отдалъ въ приказѣ благодарность всѣмъ командирамъ судовъ, исполнившимъ свой долгъ, кромѣ Эссена, блестящій выходъ котораго съ "Севастополемъ" на рейдъ былъ отмѣченъ только приказомъ ген. Стесселя.
-- О томъ положеніи, въ которомъ находились ваши люди, умиравшіе съ голоду, вы кому-нибудь доносили,-- спрашиваетъ свидѣтеля предсѣдатель.
-- Никому,-- отвѣчаетъ Лепко.
Полковникъ Верховскій.
Новый свидѣтель, георгіевскій кавалеръ, подробно разсказываетъ объ укрѣпленіи Волчьихъ горъ. По его словамъ, окоповъ было тамъ вырыто очень много (на одной горѣ ихъ было пять ярусовъ), но всѣ они были мелки и узки. Пришлось ихъ уширять и углублять. Работали сами стрѣлки шанцевымъ инструментомъ, который нашли въ изобиліи, видимо брошеннымъ, на самой позиціи. Свидѣтель винитъ во всемъ этомъ ген. Смирнова и полк. Григоренко.