И послѣ дня боя, послѣ вида изуродованныхъ казачьихъ тѣлъ, этотъ "проклятый вопросъ" --
Для чего жъ это страшное дѣло?
Для чего эти сотни смертей?--
звучалъ неотвязчиво, властно. Но странно и чудесно было то, что онъ прозвучалъ именно здѣсь, въ отрядѣ Мищенко, среди прославленныхъ на всю армію беззавѣтно храбрыхъ воиновъ... Впрочемъ, гдѣ же и было звучать ему, какъ не тамъ, куда посылали видѣть "настоящую войну"!...
Мучительный, проклятый, но вѣчно живой вопросъ!
Становилось уже темно, когда генералу доложили, что на бивакъ пришелъ считавшійся безъ вѣсти пропавшимъ казакъ 1-й сотни 12-го Оренбургскаго полка Степанъ Шишнеловъ.
Сейчасъ же казака позвали къ генералу, и онъ разсказалъ ему о своихъ злоключеніяхъ.
8 іюня Шишеловъ былъ въ разъѣздѣ, высланномъ отъ сотни, подъ командою подъесаула Осипова въ сторону Мадзявайдзы -- Эрдагоу. Получивъ отъ китайцевъ свѣдѣнія, что за переваломъ въ лощинѣ находится бивакъ японцевъ, Осиповъ выслалъ на гору посмотрѣть на бивакъ урядника Рожкова и двухъ казаковъ.
-- Спѣшились мы и поползли на гору,-- разсказывалъ Шишеловъ генералу, словно конфузясь своей страшно грязной, порванной рубахи и выцвѣтшихъ шароваръ.-- Я выползъ впередъ товарищей, оглянулся, вижу -- они съ полугоры назадъ ворочаются. Я подумалъ, что они позабыли что-либо или ихъ назадъ позвалъ его благородіе, подъесаулъ Осиповъ,-- и поползъ дальше. Долѣзъ до вершины сопки, залегъ тамъ и глянулъ внизъ. Вижу тамъ, въ лощинѣ, японскій бивакъ и есть. Виденъ только край его, гдѣ конница ихъ стоитъ... Сотенъ шесть. Въ это время, смотрю, подъ горою нашъ разъѣздъ сѣлъ на лошадей и пошелъ дальше, прямо на японскій бивакъ. Его встрѣтили оттуда огнемъ и навстрѣчу ему вышла рота. Тогда разъѣздъ нашъ сталъ отходить... Все дальше отъ меня, дальше, а я и крикнуть ему не могу, и догнать его не успѣю... Такъ и остался одинъ на горѣ. Залегъ я тогда въ ямку, снялъ съ себя шашку и винтовку, связалъ ихъ вмѣстѣ, чтобы не мѣшали ползти, и полѣзъ по горамъ, въ обходъ японскаго бивака. Днемъ лежу гдѣ-нибудь на сопкѣ, притаившись, а ночью ползу. Разъ стрѣляли по мнѣ, должно быть шорохъ выдалъ...
