Оседлавший тигра промолчал.
На второй день спутники снова послали Хасана на охоту. Оседлавший льва отправился за хворостом, а оседлавший тигра остался печь хлеб. Но когда вечером собрались все вместе, хлеба снова не было.
— А куда подевался хлеб сегодня? — спросил Хасан.
— Только я снял его с костра, еще горячий, пришел тот же самый голодный старик и выпросил его у меня, — сказал оседлавший тигра.
— Сострадание всегда похвально, — повторил Хасан, а оседлавший льва не произнес ни слова.
На третий день пришел черед Хасану печь хлеб. Спутники ушли, один — за хворостом, другой — на охоту. Хасан загодя взялся за дело. Он тщательно отмерил муку, замесил тесто, скатал лепешку и принялся выпекать ее на костре.
Вскоре запахло печеным хлебом, и Хасан с жадностью втянул в себя духовитый воздух. «И пахнет хорошо, и на вкус, должно быть, хорош, — подумал Хасан, стаскивая хлеб с огня, — но, клянусь Аллахом, на этот раз голодному старику не достанется ни крошки».
Однако вовсе не голодный старик явился за хлебом, а черный великан. Он вылез из огромной черной дыры в земле и потребовал весь хлеб. Хасан удивленно посмотрел на великана.
— Так это ты — голодный старик, который каждый день отнимает у нас хлеб?
— Я и есть, — подтвердил великан. — Будь благоразумен, отдай хлеб по своей воле, как твои товарищи, иначе тебе несдобровать.