- Нет, сделай то, что я тебе сказал, - ответил Аладдин, и раб лампы исчез. Через самое короткое время он появился снова, а за ним шли сорок прекрасных невольниц, и каждая держала на голове золотое блюдо с драгоценными камнями. Невольниц сопровождали рослые, красивые рабы с обнаженными мечами.
- Вот то, что ты требовал, - сказал джинн и исчез. Тогда мать Аладдина вышла из кухни, осмотрела рабов и невольниц, а потом выстроила их парами и гордо пошла впереди них ко дворцу султана. Весь народ сбежался смотреть на это невиданное шествие, и стража во дворце онемела от изумления, когда увидела этих рабов и невольниц.
Мать Аладдина привела их прямо к султану, и все они поцеловали перед ним землю и, сняв блюда с головы, поставили их в ряд. Султан совсем растерялся от радости и не мог выговорить ни слова. А придя в себя, он сказал визирю:
- О визирь, каково твое мнение? Разве не достоин тот, кто имеет такое богатство, стать мужем моей дочери, царевны Будур?
- Достоин, о владыка, - отвечал визирь, тяжело вздыхая. Он не смел сказать "нет", хотя зависть и досада убивали его.
- О женщина, - сказал султан матери Аладдина, - пойди и передай твоему сыну, что я принял его подарок и согласен выдать за него царевну Будур. Пусть он явится ко мне - я хочу его видеть. Мать Аладдина торопливо поцеловала землю перед султаном и со всех ног побежала домой - так быстро, что ветер не мог за ней угнаться. Она прибежала к Аладдину и закричала:
- Радуйся, о сын мой! Султан принял твой подарок и согласен, чтобы ты стал мужем царевны. Он сказал это при всех. Иди сейчас же во дворец - султан хочет тебя видеть. Я выполнила поручение, теперь кончай дело сам.
- Спасибо тебе, матушка, - сказал Аладдин, - сейчас пойду к султану. А теперь уходи - я буду разговаривать с джинном. Аладдин взял лампу и потер ее, и тотчас же явился Маймун, раб лампы. И Аладдин сказал ему:
- О Маймун, приведи мне сорок восемь белых невольников - это будет моя свита. И пусть двадцать четыре невольника идут впереди меня, а двадцать четыре - сзади. И еще доставь мне тысячу динаров и самого лучшего коня. - Будет исполнено, - сказал джинн и исчез.
Он доставил все, что велел Аладдин, и спросил: - Чего ты хочешь еще? Не хочешь ли ты, чтобы я разрушил город или построил дворец? Я все могу.