Вытягиваю его кнутом по лицу раз, другой, гикаю, хлопаю вожжами. Бардадым уносит меня. Ветер дует в лицо. Чувствую на лбу колючий холодок.
По дороге встречается Кузьма. Рассказываю о своей беде.
— Идиет, — усмехается он. — Такие случаи бывают постоянно, и хозяину о том не следует говорить. Он в месяц штрафов напишет — в год не отработаешь.
— Да ведь денег нет. С чем приеду?
— Ну, как есть ты, братец мой, деревня! — удивляется Кузьма. — Фартануло — все не отдавай. Мало заработал — добавь. Вот и выйдет середка на половинке. Без смекалки нашему брату подохнуть можно.
Я напоминаю про обыски.
— У меня найди попробуй, — хвастает Кузьма. — Подальше прячь.
Занимаю у Кузьмы два рубля, сдаю «выручку» Агафону.
Но нельзя занимать каждую неделю. Кузьма прав: надо приспособляться. Делаю тайничок за обшивкой санок. В удачные дни понемногу откладываю.
Во время перепряжки хозяин подходит к санкам, обметает снег, осматривает обивку. У меня падает сердце.