— Ты о чем, Семен Потапыч?
— Ай не знаешь? — усмехается староста. — Будя дурака валять. За тобой еще сорок пудов.
— Семен Потапыч! Что ты плетешь?
— Не ори. Я давно Семен Потапыч, а по условию ты обязан привезти восемьдесят пудов.
Мы горячимся, спорим.
Бабушка плачет. Беру ее за руку, веду домой.
— Матюша, что теперь будет? — бормочет она. — Ограбит, ненасытная утроба.
— Не ограбит, — успокаиваю старуху. — Пусть придет: в шею вытурю. Восемьдесят пудов? Приснилось ему, что ли?
Дома весь вечер толкуем об этой беде. Мать и бабушка встревожены.
На другой день из Ивановки приезжает урядник Финогеныч. Не поздоровавшись, садится за стол.